Страна ехидного идеологического маразма
Так и не дождалась счастливого оргазма.
Как не старались, он не наступил
Светлый век укрощения злых сил.

Предприимчивые кавказцы уже давно вполне так по деловому умело «намыливают попу» российскому кинематографу, дабы затем полюбить его страстно, и беззаветно со всей любезной теплотой их горячей души.

Люди, что воюют с дикими тенями своего прошлого сугубо при помощи чужих судеб, как правило, мечтают только о восстановлении истинного порядка, а не об осуществлении какой либо из форм справедливости.

Мир литературы делает плохих людей еще хуже, а их действия только лишь куда изощреннее.

Солнце над страной советов красной зарей встает
И всем советским гражданам привет передает.
Стонет в сладостной истоме время
На него наложено тяжкое бремя
Ждать оргазма который у нас в народе коммунизмом зовется
Стон облегчения рабочего класса по всей планете разнесется.

Нет смертельней беды
Чем гулкий рокот войны
Она потом десятилетиями будет сниться
Людям, не давшим мечтам фюрера сбыться.

(Революционной энергии серых масс)
Они старались прошлое сгубить
А ведь его надо лелеять и любить
Без него и будущего нет
Поскольку оно его след.

На благодатном теле Украины есть слишком много мест приложения российских интересов, чтобы ей так запросто дозволено было отдаться (во всех позах) натовскому зловредному Наполеону.

Главное отличие ручной российской демократии от всех прочих заключается в том, что ее при случае всегда можно прижать ногой.

Человек в своей беде
Словно рыба в воде
Ну а в чьей чужой беде
Он как у черта в бороде.

Среди вечерней кутерьмы
Посреди отчаяния и тьмы
Я понял - человек свинья
Однако это право же не я.

Посвящается капитану акустической артиллерии Солженицину Александру Исаевичу
Вернувшись с войны как же браво
Всякое быдло благим матом орало
В моей роте не было и одного еврея
Они себе брюхо в штабной тиши отъели
А еще выдвали друг другу награды
За наши победы, да боевые раны